Слова актеров на сцене точь-в-точь повторяют реплики героев литературного произведения. Но впечатления от книги и спектакля разное. Пьеса «Самоубийца» — это сатира, отчасти даже трагедия. Трагедия общества и отдельно взятого человека в нем. Никчемность и безысходность приводят главного героя к мысли, что единственный выход из такого положения — самоубийство. А окружение начинает спекулировать на этом. Каждый считает, что его причина — несчастная любовь, непризнанность в обществе, социальные разногласия — единственный и самый важный повод, который следует упомянуть самоубийце в прощальном слове. Пьеса была написана в 1928 году и для того времени довольно смело критиковала новый политический строй — молодую советскую республику. Поэтому, очевидно, при жизни Эрдмана, а умер он в 1970 году, то есть больше чем через 40 лет после создания «Самоубийцы», произведение ни разу не было поставлено на сцене.

К счастью, потом изменить эту ситуацию смогли многие российские театры, в том числе и наш, дзержинский — драматический.

На сцене 25 и 26 марта зрители увидели прежде всего комедию. Актеры играли смешные моменты так искренне и правдиво, что зал смеялся, ощущая свою причастность к времени, быту и ситуациям, происходящим на сцене.

Спектакль получился ярким, красочным, масштабным, потому что в нем задействована почти вся труппа драмтеатра, которая танцевала, пела, декларировала стихи, шумно переживала и спорила.

И все это — в характерных эпатажных нарядах (особенно дамских) начала прошлого столетия.

Массовки сменялись камерными эпизодами — очень трогательными и  проникновенными. Здесь большая заслуга актера Артема Баранова. Его «самоубийца» Семен Подсекальников, воспрявши духом от большого внимания «современной интеллигенции» и других представителей общественности, желающих выставить его поступок «подвигом» и «жертвой», сначала и правда почувствовал себя героем. Ведь до этого он был всего-навсего неприметным человеком. Пришедшая к нему смелость от предсмертного отчаяния толкнула на бунт, на высказывание собственных мыслей и смелую критику. Однако в последний момент Семен Семенович смерти испугался и убивать себя передумал. Монологи главного героя о ценности жизни и страхе перед небытием внесли в спектакль моменты все той же сопричастности зрителя с актером, только уже на волне философии, возможности поразмышлять вместе о смысле пребывания на этом свете каждого из нас.

Комедия то и дело уступала место не только философским размышлениям, но и вполне глубокому драматизму. Лица-маски, головы-парики, сплошные человеческие пороки, широко воплощенные на сцене: блуд, чревоугодие, невежество, эгоизм. На этом фоне главный герой отчаянно пытается разобраться, есть ли жизнь после смерти и что такое душа. «Смешной» Семен Семенович не вызывает особенной приязни. При том, что он не может найти работу и живет за счет своей жены, которую презирает, мнит себя непризнанным гением.

И мечтает об одном — разбогатеть на пустом месте. «Драматический» Семен Подсекальников зрителю, как показалось, ближе. Ему хочется посочувствовать и подбодрить. Смешно ли все это? Скорее, грустно.

Грустно и от того, что в спектакле по пьесе почти вековой давности так много современного, того, что тревожит сейчас и сегодня: безысходность и униженность простых людей, нежелание власти видеть их проблемы. «Массы! Слушайте Подсекальникова! Я сейчас умираю. А кто виноват? Виноваты вожди, дорогие товарищи. Подойдите вплотную к любому вождю и спросите его: «Что вы сделали для Подсекальникова?» И он вам не ответит на этот вопрос, потому что он даже не знает, товарищи, что в советской республике есть Подсекальников», — говорит со сцены главный герой.

В общем, посмотреть и подумать здесь есть на что и о чем. Спектакль, благодаря режиссерским находкам и прекрасному их воплощению актерами, получился эмоциональным и очень жизненным.

За творческий подарок стоит поблагодарить Сергея Стеблюка — режиссера из Москвы и, конечно, руководство и актеров нашего театра драмы.